Фестиваль Maxidrom в Тушино: What A Life!

Второй день фестиваля Maxidrom ME пропустить никак не мог. Ноэл Галлахер и The Cure заранее обвели дату 11 июня 2012 года в настенном календаре ярко-красным цветом.

Два дня фестиваля – это, конечно, хорошо. И даже очень – особенно тогда, когда организация также на высоте. Фестиваль Максидром, прошедший в Тушино и собравший превосходных исполнителей, по уровню организации оказался на хорошем уровне. Единственное – некоторая путаница с билетами-браслетами могла вполне испортить настроение тем, кто собирался на оба дня – обладателям абонемента в фан-зону.

 

В первый день – тот, что с Linkin Park – счастливчикам выдавали сразу два браслета, но не всех предупредили, что снимать ни одного из них ни в коем случае нельзя. Вроде бы, прошел концерт, один браслет можно снять, тем более, если он сам сваливается с руки - логично. Но на следующий день у входа охраной срезается второй браслет, и поди потом докажи, что ты имеешь право на проход в фан-зону.

 

Ну и цены, конечно, настроению не способствовали. Но это уже традиционно.

«Почем бутылка воды?» - интересуемся в палатке.

«Сто рублей!» - немножко нервно отвечают продавщицы.

«Ничего себе!»

«Так, милые мои, билет стоит две тыщи, чего вы хотели!»

 

…Первый день фестиваля собрал больше народу, оно и понятно – любовь к Linkin Park в сердцах россиян не победит никакой ливень, никакие цены и ничто вообще не победит. А уж если Linkin Park подкреплены силой в лице The Rasmus и Clawfinger – так тем более. Но ME отправился на день второй – прежде всего, чтобы взглянуть на Богоподобного Гения, ну и, конечно, лицезреть воочию долгожданное выступление на российской земле королей Печали из The Cure.

 

14.20. Небо чуть хмурится. На сцене Everything Is Made In China, по колдобинам тушинского поля лениво шагают печальные люди в черном – до The Cure еще хренова куча времени, которое надо как-то занять. На закуски и воду пока спрос невелик, туалеты чисты и даже бумага в них еще не кончилась.

 

14.40. – Everything Is Made In China уходят, на малой сцене появляются какие-то новички.  Призыв ди-джеев радио Maximum обратить внимание на вторую площадку действует плохо, но новички оказываются очень голосистыми – их песни слышны уже на входе. Кажется, даже ничего.

 

15.40. – She Wants Revenge! Наконец-то. У парней незадача: пропали все инструменты. Пришлось позаимствовать у Everlast.

Джастин Уорфилд, как обычно, в шапке. Он сексуально двигает бедрами и угрожающе плюет словами в микрофон. Под ритм калифорнийской порномузыки народ оживляется. SWR все так же впечатляющи, несмотря на недавний альбом, многими признанный провальным.

«Кто это? Крутые какие!» - поголовное мнение тех, кто о группе ранее слыхом не слыхивал. Хотя сет-лист был укорочен до шести песен – из-за опоздания группы. Ну, хоть “Out Of Control” спели, и без “Tear You Apart”, конечно, не обошлось.

 

17.20. – Everlast, кажется, на сцене уже вечность. Он ОЧЕНЬ недоволен, он прямо источает ярость. Все вокруг дерьмово – а главное, не настроены инструменты. Все выступление техникам достается на орехи.

«Ну вот на хера нужен саундчек?! - рычит он в микрофон. – Ненавижу непрофессионализм. Что за дерьмо?»

А гитаристу пофиг – ему все нравится, и смотреть на него куда приятнее.

 

В довершение всех бед на последней песне у Эверласта рвется струна. Явно не его день. Но он не сдается и начинает заново – к сдавленному негодованию фанатов Ноэла Галлахера, уже вплотную подобравшихся к сцене.

 

«А теперь вы готовы к веселью?!» - пригубив виски, собравшийся уже уходить чувак неожиданно вспоминает, что вообще-то он рэппер – и выдает бодрячковый речитатив “Jump Around”. И это людям в толпе нравится куда больше, чем глубокомысленное пение под неотстроенную гитару. Все тут же начинают прыгать, а кто-то безуспешно ищет песню вконтакте. Эй, чувак, набери House Of Pain!

 

18.30. Что бы там ни говорил Ноэл Галлахер относительно своей награды «Богоподобному Гению NME» на памятной вечерине журнала New Musical Express, а трофеем он действительно гордится. Иначе какого, спрашивается, он возит металлический «фак» с собой по странам и весям? Пока по сцене носятся техники, и ди-джеи радио Maximum в который раз безуспешно пытаются обратить внимание публики на малую площадку, «фак» незаметно появляется на одном из усилителей в глубине сцены и стоит там в ожидании хозяина.

Солнце палит вовсю, и Богоподобный щурится, озирая толпу перед сценой. Фанаты Cure заметны сразу благодаря своим нарядам, фанаты Ноэла в глаза бросаются не столь явно, но зато они громко кричат. В крутой кожаной куртке Галлахеру жарко, через некоторое время стильный атрибут полетит куда-то за сцену.

 

И мухи, мухи достают прилично. Вчерашняя грязь, которую взмесили любители альтернативы, привлекла адову кучу этих насекомых. Они пытаются примазаться к high flying birds, садясь Ноэлу прямо на лицо, но тот невозмутим. Приветствует публику, отделывается дежурными "thank you", да ему и не надо лезть из кожи вон, чтобы быть крутым. Ему не нужны порнотанцы и не нужна напускная суровость. Все, что ему нужно – гитара.

И у него-то ничего не барахлит. Для верности все же проверив гитару, Галлахер начинает сет с “It’s Good (To Be Free)”, куда более резвой в его исполнении, чем в лиамовском. Он улыбается себе под нос, легко переходит с темы Oasis на сольное творчество. И нет ничего лучше, чем прокричать “What A Liiiiiiiiiife!!!!” в безоблачное небо вместе с Ноэлом Галлахером.

А слева от сцены образовалась группа наиболее активных – они так визжат и кричат, что Ноэл периодически косится в ту сторону, еще сильнее щурясь. «Одни девчонки, что ли?» - ворчит он, впрочем, довольно добродушно. Проверенных хитов Oasis сегодня немного – Ноэл исполняет вдумчивые “Talk Tonight” и “Half The World Away”, и ведь, по идее, это не вполне фестивальные вещи, но ему пох. Он уже давно принадлежит к той когорте музыкантов, которые могут петь, что захотят.

 

Кто-то очень умный кричит из толпы: «Вандервооол», но Галлахер не собирается сегодня вступать в полемику со зрителями, что ему петь, а что нет. Вообще-то, он любит поспорить, Ноэл. Но не в этот день – над полем и так жарко, лишних слов произносить не хочется. Впрочем, в заключительном коротеньком спиче нашлось место и словам благодарности в адрес Москвы, и коронному «фукин», и извинениям перед заскучавшими поклонниками The Cure. “Don’t Look Back In Anger” следует незамедлительно, хоровое пение, объятия и взметнувшиеся вверх руки – вот же оно, счастье. А потом Богоподобный сваливает за сцену и отправляется смотреть… нет, не The Cure, а футбольный матч ЕВРО-2012 Франция – Англия. А до The Cure меж тем еще почти час, и любители брит-попа, получив свое, от сцены отходят, уступая места тем, кто жаждал увидеть Роберта Смита.

 

19.50. - Опять доносится музыка с малой сцены, а очереди в туалет вырастают многократно. Кто-то плюет на приличия и прячется за кабинками. Прячется плохо, голую задницу все равно всем видно. Но никого это не шокирует – скоро The Cure, нужно еще место получше занять, времени на очередь попросту нет. Табло отсчитывает минуты  – ну же!

 

20.10. – Экран всех обманывает, до начала еще добрых десять минут, но плотный дым уже обволакивает сцену. Очередь моментально редеет – все бегут туда, в толпу, на первые звуки “Plainsong”. И Роберт Смит выплывает из-за дымовой завесы, чтобы приветствовать тех, кто так долго его ждал. Впереди у The Cure и их фанатов целых три часа любви.

 

20.45. – Джастин Уорфилд стоит в VIP-зоне и зачарованно смотрит на сцену. Его губы шевелятся, повторяя слова прекрасной “Lovesong”. Сейчас он совсем не похож на самого себя во время собственного выступления. Стесняется фотоаппаратов. Эй, Джастин, где же твои танцы?

 

20.50. – Господи, это ж Сергей Бобунец из «Смысловых Галлюцинаций»! Ну и Лева Би-2, конечно, тоже здесь, куда без него.

21.00. – Своей печалью The Cure заражают небо – под “A Forest” понемногу сгущается тьма над аэродромом и поднимается ветер. Но что такое ветер? Дополнительный антураж, который никого не пугает. И первые крупные капли дождя, упавшие с неба на разгоряченные лица фанатов – тоже. Дождь смывает пот и макияж с лиц, вплетается в протяжные, наполненные тоской песни, и создает совершенно неповторимую атмосферу волшебства.

 

22.50. – Что это? Молния? Фейерверк на сегодня, похоже, отменяется, если сама природа салютует королям Печали. The Cure берегут самые любимые вещи напоследок – и только после третьего выхода группы на бис над полем звучат “Lullaby”, “Let’s Go To Bed”, “Friday I’m In Love” и “Boys Don’t Cry”.

 

23.20. - Три часа восторга позади. Шагая к выходу по лужам, безуспешно пытаясь очистить джинсы от грязи, которая теперь повсюду, эти люди возвращаются в реальный мир. Но воспоминания об очищающем потоке грусти The Cure останутся в их душах навсегда. Уж это точно.


Самые популярные

The Strokes дразнятся

Гадаем по соцсетям.


Читать дальше

Enter Shikari выпускают новый альбом

Первый сингл уже можно послушать.


Читать дальше

Лиам Фрай из Courteeners: Эта группа - моя жизнь!

У манчестерцев The Courteeners недавно вышел новый альбом "More. Again. Forever". NME встретился с фронтменом группы и обсудил разные вопросы, в том числе мизогинию, Мэтти Хили из The 1975 и смерть гитарной музыки.


Читать дальше

Foo Fighters готовят новый альбом

Дэйв Грол просто дождаться не может, когда уже люди смогут оценить.


Читать дальше