Zola Jesus: Без страданий жизнь пуста!

В интервью изданию Riverfront Times Zola Jesus, загадочная американская певица русского происхождения, взявшая псевдоним в честь Эмиля Золя и Сына Божьего, говорит о собственном детстве, о своих идеалах и, конечно же, о страданиях. О том, о чём, собственно, и поёт.

Zola Jesus играет на стороне полуночного мрака.

Она прячется в самых тёмных уголках, отыскивает повсюду маленькие страдания и кормит их кровью и шоколадом, пока они не вырастут настолько, что будут способны поглотить города.

Она – фокусник, который прячет свой голос под слоями чёрной магии, она способна угадывать настроения и чувства. Zola Jesus заставит тебя содрогнуться, её голос покажет тебе всю силу печали, и печаль склонит твою голову вниз, будто огромная цепь на шее.
 
Она словно вопрошает в своих песнях: какого чёрта ты не понимаешь этой печали? Ведь она сама восхищается всеми гранями этого гнетущего чувства, полирует его так, чтобы эту печаль увидел весь мир и покорился ей.  И если Zola Jesus прошла сквозь это чувство - почему же ты не можешь повторить её путь?

Она – один из самых волнующих музыкантов нового поколения.
Урождённая Ника Роза Данилова, Zola Jesus выросла в сельском Висконсине. Мечтательность привела её в оперу. Там она научилась петь чужие слова, умело подделывая чувства. Правда, это было не совсем то, чем она на самом деле хотела заниматься. Но, кроме всего прочего, занятия оперным пением привили ей сверхчеловеческое трудолюбие и нежелание идти на компромисс, а без этих качеств вряд ли она стала бы тем... кем стала.

В своём новом альбоме "Conatus" Zola Jesus с лёгкостью вырвалась из хриплого lo-fi предыдущих записей и в очередной раз доказала избитую истину, что важно не то, чему тебя учили, важна прежде всего практика.

О самой себе Ника говорит как о человеке, который просто помешан на том, чтобы диктовать окружающим свои условия и пожелания. Но в том числе из-за этого именно она является настоящим предвестником качественной революции, которую давно ждут в музыкальном мире, где вот уже кучу лет царят посредственности.

Мы встретились с Даниловой, чтобы поговорить о ремиксе Дэвида Линча на "Of Your Nature", о том, что ей нравилось, когда она была ребёнком, о самом худшем кавере в её карьере и, конечно же, о её склонности к продуктивному страданию.

Помнится, в своих старых интервью ты говорила, что хотела бы поставить оперу в стиле Zola Jesus, и что ты работаешь над этим. Опера всё ещё входит в твои планы?
- Да, но это не то, что я прямо тороплюсь сделать. У меня куча времени на осуществление этой задумки...

Думала ли ты когда-нибудь над тем, чтобы записывать альбомы по-другому, не так как это делаешь ты? Ведь ты же в студии всё делаешь сама.
- Не знаааю... Да, я думаю, стоит попробовать... Хотя бы в качестве такого вызова, ведь я слишком люблю всё контролировать. Это серьёзное препятствие. Его не так просто преодолеть.

Твоя группа когда-нибудь говорила тебе: "Ника, мы не можем воспроизвести ЭТО на сцене"?
- О, нет! Они скорее скажут что-то вроде: "Это звучит не так хорошо, как может звучать!" Когда мы играем вживую - это всегда сотрудничество, понимаете? Я будто отказываюсь от своих песен в пользу этих людей, музыкантов, которые имеют свой собственный врождённый стиль. Они безумно талантливы и могут дать новую жизнь моим песням на сцене.

Твой новый альбом, в общем-то, настоящий hi-fi. Ты намеренно подчистила звук или это естественное развитие для тебя?
- Второе. Я просто сильно выросла как продюсер, да и как автор тоже, и я сделала то, что давно хотела - продвинулась вперёд, чтобы записывать более чистую музыку. Я думаю, когда ты начинаешь с чистого листа, ты можешь сфокусироваться на музыкальности, но тебе нужна уверенность, что твои песни твёрдо стоят на земле. Это было очень важно для меня.

Есть ли что-то, чем ты осталась недовольна, и что ты записала себе на память, чтобы не повторять в будущем?
- Да, я всегда делаю заметки. Я думаю, что мне нужно проводить гораздо больше времени в студии, просто потому что в таком случае я смогу работать с большим количеством примочек и пультов, а это несомненная польза... Я не могу сказать определённо, но есть несколько вещей, к которым мне бы хотелось подойти по-другому.

Какой была твоя первая мысль, когда ты узнала, что Дэвид Линч захотел сделать ремикс на одну из твоих песен?
- Я была смущена (улыбается). Да, это было как.. как что-то сюрреалистическое. Лейбл общался с ним, они
обратились к нему по поводу ремикса... На самом деле никто не знал, заинтересуется ли он, и они послали ему целую кучу песен. А он отправил нам обратно "In Your Nature" - уже заремиксованную. И я такая - о, надо же, это случилось! (улыбается)

Что ты думаешь о ремиксе?
- Он прекрасен. Я слушаю его, и он настолько отличается от изначального варианта! Линч вдохнул новую жизнь в песню.

Как ты узнала, что Энтони Гонсалез (лидер электро-группы "M83") хочет поместить на свой альбом твою песню? Как это произошло?
- Он послал мне демо, а я отправила ему одну идею по поводу этой песни назад. Затем мы собрались вместе в студии и по сути сделали её, исключая кое-какие мелочи. Но мы работали вместе только над вокальной партией, не над песней в целом.

Заметила ли ты, что твоя публика изменилась, появились люди, которые заинтересовались твоими выступлениями после участия в альбоме "M83"?
- Может быть, немного. За последнюю пару месяцев много всего произошло, и некоторые песни получили больше известности; так что люди интересуются и также узнают мои старые вещи. Это круто.

Чей голос тебе нравится, а чей ты терпеть не можешь?
- Хмм. Дайте-ка подумать. Мне нравится голос Скотта Уокера! А ненавижу, мм, дайте подумать... Что-то же должно быть! Я точно терпеть не могу тонкие голоса с придыханием, я не знаю только, кого привести в пример. Я ни о ком конкретно не думаю... Голоса, за которыми я не чувствую силы.

Это звучит со смыслом, учитывая твоё оперное прошлое!
- (смеётся) Да, конечно.

Каким было твоё первое сценическое имя?

- Моё первое сценическое имя? Ох, чуваак. Я должна подумать.

Нечестно выбрать сейчас самое крутое из тех, что было!
- (смеётся) Да я знаю. Я не собираюсь делать этого! Чувак, это были весьма стрёмные имена. Это было как, ну.. что-то такое связанное со скейтерами, потому что я тогда каталась на скейте. Skatergrrl или какая-то такая чушь.

Интересно, если подумать о твоём тогдашнем возрасте и соотнести с экранным именем... Была ли ты фанатом Аврил Лавинь?
- Нееееееееет. Она в отстое. Я слушала что-то вроде GG Allin и Fear.

Ох да, мы и забыли, что ты реально крутая. Серьёзно.

- Да ну, нет же!

Какой ты росла?
- Не знаю, я уверена, что была очень впечатлительной. Я постоянно обитала в каком-то другом мире. Думаю, в этом частично заключается причина, почему я настолько приземлённая сейчас. Я потратила большую часть своей жизни, витая в облаках. Я была реально зациклена на своём, и у меня почти не было друзей, потому что мне было наплевать… на других людей (смеётся). Я была просто девочкой, которая шаталась без цели.

Ты часто говоришь в интервью, что тебе приходится  бороться с депрессиями и тревогой – без этих проблем ты была бы всё ещё Zola Jesus? Или стала бы кем-то другим?
- Да, я думаю, это действительно объясняет, кто я есть на самом деле. Всё, через что я прошла в своей жизни, изменило моё видение мира и, соответственно, мою музыку. Конечно, всё связано.

Ты однажды сказала, что веришь в страдания, потому что «когда ты испытываешь муки, ты чувствуешь, будто достигаешь чего-то путём прохождения через них». Ты всё ещё так думаешь? Ты считаешь, что должна страдать, чтобы продолжать творить?
- Дело в том, что когда ты испытываешь страдания или дискомфорт перед лицом того, чего ты боишься, это даёт тебе ощущение собственной продуктивности, потому что ты преодолеваешь их. Потому что без страданий тебе не с чем справляться, а если ты ничего не преодолеваешь - ты живёшь в застое. Я думаю, что бы ты ни делал в этой жизни, у тебя всегда будут препятствия на пути. И это хорошо. Тебе не нужна жизнь без препятствий, потому что без них ты словно бы не существуешь по-настоящему, не используешь весь спектр человеческих возможностей. Я не ставлю себя специально в такие ситуации, где я бы страдала, но я всегда выбираю тот путь, который может дать мне ещё один шаг вперёд. Это продолжает хранить во мне надежду, понимаешь? Заставляет чувствовать, что в этом мире для меня ещё кое-что есть!

Правда? О'кей. Будешь ли ты делать кавер на "Crying" Роя Орбисона в Сент-Луисе?
- Я не знаю. Мне нравится эта песня, но я её не учила. Я тормоз по части каверов.

Ты что-нибудь перепевала раньше на сцене?
- Да, и сразу после я сказала себе, что никогда не буду больше этого делать, потому что я думаю, что просто-напросто убила песню. Мне не понравилось.

Что за песня-то была?
- Я пела "Baby On Fire" Брайана Ино на своём первом шоу и затем ещё "Somebody To Love" Джефферсон Эйрплэйн. Мне не нравится делать каверы, потому что это как будто петь оперу. Когда я исполняю чужую музыку, я чувствую, что у меня есть стандарт, и стараюсь держаться его. Это слишком сильный стресс для меня.

“Baby’s On Fire” одна из моих любимых песен.
- Я знаю, у меня тоже, вот почему я никогда больше к ней не притронусь. Я её просто разрушила.

Ох, ну мы надеемся, что старые записи будут на бутлегах, мы бы разыскали.
- Пожалуйста! Пожалуйста не надо! Я уверяю вас. Это было моё самое первое шоу. Нелепое, как розовый слон.

Если бы Леди ГаГа когда-нибудь обратилась к тебе за сотрудничеством, ты бы согласилась? С тех пор как вы обе фанатки Клауса Номи (американский певец) и всё такое.
- Я не знаю. Мне кажется, было бы весело, интересно. Но я не думаю, что она мне такое предложит.

Если бы ты могла поработать с любым из музыкантов, живущих или умерших, ты бы кого выбрала?
- Возможно, это прозвучит глупо, но наверное Стокхаузен (немецкий композитор). Я думаю, он был настоящим пионером. Я бы хотела посмотреть как он работает.

Ты довольна уровнем славы, которого достигла, или ты хочешь стать более знаменитой? Я знаю, это звучит как-то смешно, но ты выглядишь как скромный человек... Как будто звёздная жизнь может уничтожить твой дух или типа того.
- Я не знаю, как бы я существовала с таким уровнем внимания к своей персоне. Я не знаю, как другие могут существовать с таким уровнем внимания. Я не знаю. На самом деле я очень хочу записать такую пластинку, которая звучит у меня в голове, но для этого необходим большой оркестр и много денег. Если слава будет означать, что я смогу записать то, что мне хочется, тогда да, но сама по себе она мне не нужна.

Есть ли такие музыканты, чьей карьерой ты восхищаешься от начала до конца?
- Не знаю. Не так много тех, кто уже закончил играть. Давай посмотрим. Я недавно говорила о том, как я люблю и уважаю Криспина Гловера, может быть, он. Любой, кто способен делать то, чего он сам хочет и при этом соответствует себе - целиком и полностью. Они для меня идеал, каждый, кто делает настоящую музыку. Но я уверена, что на самом деле не знаю, кому и когда приходилось идти на компромиссы.

Жизнь в Лос-Анджелесе повлияла на твоё мировоззрение, может, сделала тебя мягче?

- Я думаю, она заставила меня понять, что я довольно хладнокровная, это стало более очевидным для меня. Когда я жила в Висконсине, я просто думала, что это вокруг всё холодное. Но на самом деле я пытаюсь не позволить этому случиться со мной. Потому что я думаю, что это убьёт настоящую меня. Всё то, что я накопила за целую жизнь. Я горжусь, горжусь тем, что я такая работоспособная и что я из Висконсина. Потерять это - значит потерять свою идентификацию.

Что ты любишь лопать в туре?
- Шоколад. Я не могу и дня прожить без него, это как моя награда, когда я спускаюсь со сцены.

У тебя есть ритуалы перед выступлением?

- Нет таких, но обычно я нуждаюсь в том, чтобы побыть наедине с группой, я не могу отчуждаться от всех, потому что тогда я становлюсь чересчур беспокойной. Но за исключением этого, обычно всё в порядке.

Ты одеваешься чересчур серьёзно на сцене – вспомнить хотя бы твоё удивительное серое платье Pitchfork в прошлом году. Где ты покупаешь шмотки?
- Иногда кто-нибудь присылает мне одежду, которая мне понравилась, или я нахожу что-то в магазине. Это обычно случайный магазин, где я оказалась, всякий раз с чистого листа. Нет одного обязательного любимого магазина.

Нам очень нравится совместный проект LA Vampires и Zola Jesus. А какое сотрудничество ты считаешь самым крутым?
- Хм. Я не знаю. У меня была куча разных и они все - особенные для меня. Я не могу выбрать из них какое-то одно, самое лучшее, потому что они все особенные. Это как сказать, какого друга ты любишь больше других. Я их всех люблю.

Если бы тебе пришлось выбирать любую сферу музыки, всё-таки где бы ты оказалась? На стороне поп-электроники или в стратосфере Wet Hair, Rene Hell и Not Not Fun?
- Я думаю, что всё ещё зависаю между ними. Все мои друзья и приятели, мои корни - из андерграунда, и я никогда не собиралась терять эту часть себя. Это то, чем я всегда была, знаешь, типа на краю андерграунда. И даже если я сильно приблизилась к поп-миру, я всё равно чувствую, что всегда буду иметь эту ниточку, которая связывает меня с андерграундом.

  PS. 22 июля в МУЗЕОНЕ у вас будет возможность самим убедиться, насколько она хороша.

12 марта 2012 г., Разместилa: Мария Макарова

Самые популярные

Моррисси выгнал фанатов с концерта

Ему не понравилось, что они выразили протест против его политических взглядов. Но они такие не одни.


Читать дальше

Бейонсе и Адель вместе записали песню

Поп-королевы постарались для группы OneRepublic


Читать дальше

Biffy Clyro вовсю работают над альбомом

Новостями музыканты делятся в соцсетях.


Читать дальше

У St.Vincent будет бар в Лондоне

Не просто бар, а бар шампанского!


Читать дальше

Best Coast вернулись с новым синглом

В 2020 году от группы следует ждать и альбома.


Читать дальше

The Killers выпустят альбом весной

Это будет их шестая пластинка.


Читать дальше