Хаотичный карнавал Fat Dog меняет курс, но продолжает движение вперед: «Я хотел создать то, что я чувствую на самом деле»

Когда этим летом Fat Dog выступали на разогреве у Foo Fighters на Олимпийском стадионе в Берлине, все, о чем мог думать вокалист Джо Лав, — это другие мировые знаменитости, когда-либо собиравшие эту 75-тысячную арену. Он вспоминает скандальный удар головой Зинедина Зидана в финале чемпионата мира 2006 года и легендарный триумф Джесси Оуэнса на Олимпиаде 1936-го, а затем нервно замолкает, мысленно представляя, где именно мог стоять один небезызвестный фашистский диктатор. «Вряд ли ты когда-либо в жизни ожидаешь, что будешь играть на стадионе, построенном в Берлине в 1934 году», – добавляет клавишник Крис Хьюз.

Точно так же вы вряд ли можете вообразить, что Дэйв Грол когда-нибудь спросит вашего басиста: «Каково это – играть в лучшей, блять, группе в мире?». «Он ведь и правда обещал, что мы пойдем пить пиво», – вздыхает Хьюз, который, по его словам, три часа топтался у гримерки Грола. «Нас… продинамили?» – замечает Лав, подбирая подходящее слово. Что ж, вместо этого им придется перебиться кофе с NME душным летним вечером в Брикстоне, в саду разноцветного дома, принадлежащего их лейблу Domino (известному по работе с Arctic Monkeys и Wet Leg). Лав провел свои выходные внутри этого дома, запоем оценивая «Клан Сопрано», пока Хьюз возился со своей парусной лодкой в Швеции.

В наши дни выходные без какого-нибудь фестиваля выпадают Fat Dog раз в сто лет. Еще задолго до того, как в 2023 году они выпустили свой анархический семиминутный дебютный сингл «King Of The Slugs», непредсказуемые живые выступления этой группы с юга Лондона стали настоящим сарафанным феноменом. Клубы, пабы и фестивальные шатры превращались в танцевальные поля битвы, где смешивались рейв-рок, джаз-панк, клезмер и техно — порой все и сразу. После появления на обложке NME, релиза безумного дебютного альбома «Woof.» в 2024 году, множества секретных сетов на Гластонбери и прошлогоднего хэллоуинского концерта «Day Of The Dog» в Манчестере на 5000 человек, запущенная ими бесконечная петля хаоса казалась уже неостановимой.

«Мне не кажется, что мы делаем так уж много», – пожимает плечами Лав, который накануне гуглил определение слова «выгорание» («Там было написано, что я в порядке, не волнуйтесь»). Даже после того как алкоголь, жара и изнурительные поездки подкосили их в одном из американских турне, дуэт сохраняет оптимистичный взгляд на требования, которые ставит перед ними группа. «Мы сгладили наши взлеты и падения, превратив их в более короткие волны», – говорит Хьюз, отмечая, что раньше у него была совсем другая работа – он торговал сыром. «Когда я занимаюсь этим [музыкой], я всегда максимально счастлив. [Вне туров] начинаешь слишком сильно анализировать вообще все в своей жизни. Тебе не хватает самореализации». Лав добавляет, что без этого он бы просто пропал: «Я бы целыми днями просто ел кукурузные хлопья в одних трусах».

Как главный автор песен и де-факто единоличный лидер Fat Dog, Лав в последнее время лично контролировал многочисленные изменения в составе группы. Сейчас они выступают всемером, успев набрать и уволить столько музыкантов, что позавидовали бы даже Slipknot — за исключением Хьюза и саксофониста Моргана Уоллеса, которые остаются бессменными участниками с 2022 года. «Я как Сталин, – с каменным лицом шутит Лав. – Они просто исчезают, и никто о них больше не говорит».

Учитывая их изнурительный гастрольный график, мы спрашиваем Лава, важен ли для него одинаково высокий уровень самоотдачи от всех участников группы. «Это не совсем от меня зависит, – отвечает он. – Если честно, все вообще пошло по п**де, но мы как-то держимся». То, что они продолжают упорно пробиваться через все эти препятствия, пожалуй, придает новый смысл финальной строчке трека „Woof.“: «Можно убить человека, но собаку убить нельзя».

Как и в случае с любой их строчкой или уходом в сторону от темы, название их второго альбома «Cancel Me (I’m Tired)» («Отмените меня (я устал)») лучше воспринимать с долей скептицизма. Пока они «улыбаются и машут» посреди своего хаотичного образа жизни, который порой «трахает тебя, как лошадь» (кивая в сторону пингвинов из «Мадагаскара» под аккомпанемент дэнс-панк-апокалипсиса), Лав в заглавном грувовом треке звучит так, будто действительно готов все бросить: «Закинуть ноги повыше на какое-то время / Пусть нейросеть пишет хит». Но в конце концов, «силы возвращаются», – говорит он сегодня, когда мы упоминаем модное словечко из этой последней строчки.

«Я прямо вижу, как превращаюсь в одного из тех чуваков, которые валят вышки 5G», – закипает Хьюз. «Люди наивно думают, что если лишатся работы, то будут получать какое-то пособие от государства, – подхватывает мысль Лав, – но они просто останутся нищими, пока кучка людей будет грести бабло лопатой. Да все это полная херня. Меня сейчас просто тошнит от всего: от Инстаграма*, от рекламы в Инстаграме. Все эти „Пожалуйста, приходите на мои концерты!“. Да просто делайте музыку и завалите хлебало».

Помимо усталости и угрозы со стороны нейросетей становится очевидно, что Fat Dog занимаются этим ради самого ремесла и любви к делу. «Если [делать музыку] чертовски тяжело, то процесс ощущается как завоевание», – говорит Лав, который ловил галлюцинации и спал в среднем по три часа в сутки во время сессий на студии в Уолтемстоу с продюсером Оли Бейстоном (работавшим с Оливией Дин и Келли Ли Оуэнс). «Я не против того, чтобы доводить себя до болезни. [Но] не думаю, что [продюсеры] вообще когда-либо захотят работать со мной снова». Лав, который до этого привлекал к записи суперпродюсера Джеймса Форда и «резкого» Дэна Кэри, признает, что сложности его собственного подхода к продакшену связаны с его «жутким ОКР». Но, как отмечает Хьюз: «Это ведь не просто работа, это чья-то жизнь, и ради этого ты готов расшибиться в лепешку».

В альбоме «Cancel Me (I’m Tired)» на первый план выходят личная жизнь Лава и его внутренняя борьба. Пульсирующее безумие трека «Bad Dog» на самом деле пропитано мрачной самоиронией («Я плохой пес / Усыпите меня, если не сложно»), в то время как «Snakes» – редкая для Fat Dog баллада – протягивает руку помощи: «Позвони, если тебе как-то грустно». Пропитанный меланхолией синт-рок «Call It What You Want», напоминающий смесь Editors и Idles, затрагивает невысказанные семейные проблемы, однако сегодня Лав неохотно делится конкретными подробностями на эту тему.

«Это то, о чем нельзя говорить, но оно передается от одного члена семьи к другому, переходит из поколения в поколение, — несколько загадочно объясняет фронтмен. – Но никто так и не придумал для этого названия, потому что в семьях старой закалки психических расстройств просто не существует». «Многие британцы в принципе не особо умеют выражать свои чувства, даже в общении с самыми любимыми людьми, – добавляет Хьюз, выручая коллегу по группе. – Если бы Джо рассказывал обо всем этом психотерапевту, эти песни, вероятно, никогда бы не появились. Эмоции нужно куда-то выплескивать, так что музыка, возможно, стала отличной отдушиной».

«Не знаю, нужно ли это фанатам Fat Dog, – с улыбкой оговаривается Лав. – Им-то подавай просто потное, качающее музло». «Но иногда нужно писать музыку и для себя самого», – возражает Хьюз. И как это влияет на Лава? «Это дает мне колоссальное умиротворение, – отвечает он. – Музыка – чертовски крутая штука в этом плане. Если мне грустно, я могу пойти в студию и написать об этом песню. Этот альбом… понимаете, порой музыка, и особенно творчество Fat Dog, бывает довольно вымышленным – своего рода карикатурной версией тебя самого. А в этот раз я хотел создать то, что я чувствую на самом деле».

Хьюз соглашается: «Ты можешь развлекать толпу, но в то же время можешь развлечь ту часть самого себя, которая в этом [нуждается]». На мгновение Лав выглядит озадаченным. «Если честно, мне куда больше нравятся песни, которые развлекают толпу…»

Этот самый элемент шоу едва не вышел на совершенно новый уровень, когда команда, отвечающая за выбор участника от Великобритании на «Евровидении», поманила Fat Dog заманчивым предложением, заявив: «В этом году мы ищем что-то новенькое». Группа устроила мозговой штурм и придумала «пабную оперу» под названием «England Is My City» («Англия – мой город»). Однако музыканты быстро поняли, что не хотят ввязываться ни в какую хореографию или скандалы, и вышли из переговоров.

Но как они сами относились к перспективе представлять свою страну, и что вообще значит патриотизм в 2026 году? «Все могло дойти до полного абсурда: представьте, как консервативные ультраправые патриоты впервые в жизни смотрят „Евровидение“ – одно из самых кэмповых и утрированных шоу в мире – и кричат: „Англия – мой город!“ – смеется Хьюз. – Это же чистая пародия». Тем не менее, по его словам, Fat Dog никогда по-настоящему не воспринимали это скандальное событие всерьез. «Это бы просто взбесило кучу народа, а мы тут всего лишь пытаемся немного повеселиться. Нас уж точно никто никогда не обвинит в том, что мы группа, которая идеально вписывается в повестку».

И хотя поездка в Бургас (Болгария) на конкурс «Евровидение-2027» им не светит, Fat Dog ждет грандиозное возвращение домой со звучным шоу в Brixton Academy – группа как раз готовится снова отправиться в путь со своей бунтарской концертной программой. Они могут быть безумно заняты, но вряд ли Fat Dog когда-нибудь растеряют свою фирменную безумную харизму. Естественное состояние этого дуэта – пик несерьезности, когда они вовсю хулиганят и до колик хохочут над шутками друг друга.

«В будущем мы все покроемся маленькими точками, когда вместе скатаемся в Турцию забивать залысины», – прогнозирует Хьюз. «У нас наступит период лысин – станем как Baldy Bicycle Club, а потом начнем лабать кок-рок», – подхватывает Лав. «Представьте, кем тогда станут все эти бати, слушающие Radio 6! Они превратятся в прадедушек Radio 6». «Прах Radio 6», – шепчет Хьюз, понимая, что уже малость перегнул палку. Но затем в последний раз возвращается к делу: «Было бы здорово продолжать масштабировать все это и просто двигаться дальше. Это и есть мечта».

Альбом «Cancel Me (I'm Tired)» выходит 2 октября на лейбле Domino.

Автор: Риши Шах для NME

Фото: Emma Toma