Что случилось с Полом Бэнксом?

26 ноября 2012 г., Разместилa: Мария Макарова

Некогда «профессиональный выпивоха», Пол Бэнкс из Interpol нынче стал трезвенником и возобновил свою сольную карьеру. Но стал ли мрачный нью-йоркец счастливее? Узнает Хэзл Шеффилд.

Продавцы овощей на Union Square сворачивают свои прилавки на ночь. Через улицу в толпе пешеходов стоит Пол Бэнкс и держит в руках пустой стаканчик из-под кофе. Пол Бэнкс покупает теперь очень много кофе - с тех самых пор, как он бросил пить шесть лет назад. Отказ от пьянства сделал из него почти что отшельника. Он купил Logic, музыкальную программу, и заперся в отеле, переделывая старые песни, которые он написал, будучи тинейджером, для рок-звезды, которой надеялся однажды стать, – для придуманного певца по имени Джулиан Пленти.



Полу
пришлось «убить» Джулиана Пленти где-то в 1997 году, когда друзья убедили его оставить свои сольные амбиции и начать петь в группе под названием Interpol, которую собрал его сокурсник по Нью-Йоркскому университету Дэниел Кесслер. Пол присоединился без особого желания. Он пытался писать слова, которые могли бы жить в идеально отшлифованных риффах Кесслера, легко ложиться на отточенные басы Карлоса Денглера и, после того как к группе присоединился Сэм Фогарино, соотноситься с его размеренными ударными. На сцене вместе с ними Бэнкс казался маленьким. Иногда он надевал большую шапку, натягивая ее поверх длинных волос, нелепый в самом центре блестящего двигателя этой разодетой в черное группы.

Когда его пьянство зашло слишком далеко, Бэнкс нашел утешение в своем тинейджерском альтер-эго и в ди-джействе, - он проигрывал свои любимые хип-хоп пластинки под именем DJ Fancypants. В 2009-ом он решил стряхнуть пыль со своих старых песен, без лишней помпы выпустив их на пластинке “Julian Plenti is… Skycraper”. Он пытался остаться анонимным, потому что хотел, чтобы Джулиан Пленти существовал отдельно, в стороне от Interpol.


Новое творение Пола, “Banks”, выпущено под настоящим именем, несмотря на то, что Джулиан Пленти все еще живет. В июне у него вышел новый EP, состоящий, по большей части, из старых песен. Но теперь Бэнкс стал взрослее, он не так задерган, он готов к тому, чтобы поставить свое настоящее имя над альбомом, полностью состоящим из песен, написанных в его собственной спальне. “Banks” – пластинка, которая живет прошлым (“Paid For That”, “Young Again”) в той же степени, в какой пытается создать что-то новое (“Summertime Is Coming”, “No Mistakes”). Для обложки он выбрал фотографию, которую сделал сам во время одного из своих серф-путешествий, это строящийся небоскреб в Панаме. Бэнксу понравилась идея, что он может запечатлеть картину того, что в скором будущем станет очередным шпилем города.

…Под кронами деревьев между шпилями своего города Бэнкс курит, жует зубочистки, еще курит и улыбается. Его прекрасные волосы аккуратны и зачесаны на сторону, открывая слегка косящий взгляд ярко-голубых глаз. Он поднимает воротник своего черного пальто, когда понемногу сгущается тьма и тянет холодом.


Насколько это легко для тебя – писать соло?


 - Писать для Interpol проще, потому что песни исходят от Дэниела, а затем я их дополняю. Но я –настоящая головная боль для группы, потому что ко всему пытаюсь приложить свою руку. Так что для меня это очень даже хорошо – работать над сольным альбомом, там я могу реализовать все свои идеи.


Ты разочарован тем, что не контролируешь весь процесс?


- Да нет, это скорее не разочарование... Interpol не подходил для песен, которые я писал в тот период. Но мне нравилось быть в Interpol, поэтому я не выпускал своих сольных работ во время первых трех альбомов. И поэтому моя первая соло-пластинка вышла под псевдонимом Джулиан Пленти – это именно то, что я хотел делать до того, как меня соблазнили участвовать в группе. Я хотел быть просто исполнителем, чтобы у меня было фальшивое имя, типа, альтер-эго. Но сейчас кажется, что все это ненужная суета.


И что, больше не будет никаких альтер-эго?

- У меня было еще одно. Для моей инструментальной хип-хоп музыки.


DJ Fancypants?

- Нет, это мое ди-джейское имя. Я говорю о другом альтер-эго, Жак Зелад. Звучит, как будто ты француз и пытаешься сказать: “Jack The Lad”. Он из Ниццы (Nice) потому что он милый (nice).


Мило. Если бы ты пригласил кого-нибудь, чтобы начитать слова на ту музыку, что ты сочинил, кто бы это был?


- Nas, Talib Kweli, RZA, Kool Keith. При определенном раскладе Kool Keith мог бы быть моим любимым артистом. Истории о том, как он реально ведет себя в жизни, просто сумасшедшие. Он ничего не может с этим поделать, такой он парень. Но он никогда не терял своего внутреннего голоса, он знает, кто он есть как артист. А еще потому что ему на все глубоко наплевать.


Если вернуться к твоему соло-проекту: сэмпл, взятый из фильма для “Another Chance”, в начале альбома, кажется, неплохо иллюстрирует состояние твоего ума…


- Это кино, которое снял мой друг Себастьян Ишер, называется Black Out. Я взял оттуда эти слова: «Что-то не так с моим мозгом!»  Не заставляйте меня говорить о том, какое отражение находит эта фраза. У каждого человека свои склонности. Усилием воли ты можешь чего-то достичь, но то же самое усилие кого-то другого ни к чему не приведет.


Ты перестал пить после того, как это стало проблемой для Interpol. Это изменило тебя?


- Я никогда об этом не говорил, но да. Я был трезвым шесть лет. Я приобрел Logic в 2006. Я остался дома, вдали от баров. Я грыз себя. Думаю, некоторые люди могут поддерживать высокую эффективность, выпивая и при этом продолжая делать свою работу, я же не делал того, на что был способен. Я не хотел стать дебилом. У меня было слишком много дел.


Почему ты вообще пил?

- Потому что это было охрененно весело. Типа: «Я могу нажраться сегодня, потому что мне не надо вставать завтра, так давайте веселиться с незнакомцами в чужом городе и упьемся нах». Это довольно типичный мыслительный процесс. Но я никогда не принадлежал к тому виду выпивох, что запросто могут залезть на мост и снять штаны. Я был такой: «Я профессионал. Пьяница уровня профи». Поэтому тот факт, что я смог завязать, оставляет шанс кому-то еще.


Ты испытываешь ностальгию по старым дням Interpol?


- Нет. Но воспоминания о путешествии по Штатам и по Европе в автобусе, наверное, всегда будут моими любимыми, потому что это было типа  – «Вау, как же безумно все то, что сейчас происходит!» В то время было ощущение, что мы все вместе идем по верной дороге.


Ты чувствовал, что ты – часть События?


- Ну, не то чтобы мы ощущали себя частью События, но это был исторический момент, потому что тогда было несколько реально важных групп – все в одно время. Я помню, пошел смотреть Liars, когда они только выпустили свою первую пластинку. Вскоре после них - TV On The Radio, Yeah Yeah Yeahs и The Walkmen появились сразу за ними. Вместе с The Strokes они производили такое впечатление - «Да откуда нах они все повылазили?» Мы-то пахали в городе несколько лет, а они просто вспыхнули из ниоткуда... Да, много всякого славного дерьма происходило тогда в Нью-Йорке, и в этом смысле все это можно назвать событием, но это не было похоже на «Фабрику» или типа того.


Ты давно в последний раз видел Дэниела?


- Ну, мы виделись пару месяцев назад. Он, Сэм и я встретились, сыграли джем из пяти песен, которые он нам показал. Дэниел - это чувак, у которого есть генеральный план.


Ты все еще общаешься с Карлосом?


- Нет.


Что случилось?


- Я мог бы написать книгу о том, что случилось с Карлосом. Мы с ним оба чокнутые, каждый по-своему,  но большую часть нашего совместного пути мы знали, - есть нечто важное, что нужно беречь и ни в коем случае не терять. Теперь он хочет делать что-то другое. Он - хардкоровый парень, он ничего не делает наполовину. Для него уход на другую территорию означает полный разрыв наших отношений.


После того, как ушел Карлос, вы пригласили клавишника Брэндона Кертиса и басиста Дэвида Пайо, чтобы насытить саунд. Ты думаешь, группе все еще не хватает его?


- Ну, он потрясающий музыкант, и он был абсолютно неотъемлем от нашего звучания. Нельзя заменить Карлоса, и, совершенно точно, мы теперь звучим немного по-другому. Но я не думаю, что мы не способны писать песни без него. И не думаю, что он ожидал, будто мы без него распадемся. Ну, может быть, на определенном уровне мы потеряем что-то. Но мы все еще не выясняли, что будет дальше.


Первый альбом Interpol, “Turn On The Bright Lights”, медленно доходил до людей. Ты знал, что он станет крутым со временем?


- Я не знал, что все пойдет так, как пошло, но был уверен, что все с ним будет хорошо. Я был реально впечатлен чуваками из Interpol. Во многом моя мотивация играть в Interpol жила, потому что я чувствовал уровень их таланта. Я бы не поменял и ноты на первом альбоме. В его новизне и незрелости – большая часть его шарма. И если я морщусь при его прослушивании, это потому, что я был вокалистом-новичком. Десяток лет, неплохой юбилей. Забавно, что 10 лет могут значить так много.


Как думаешь, был бы ты на том месте, где ты сейчас, если бы не играл в Interpol?

- Нет, я был бы где-то в другом месте. Возможно, я бы выпустил 8 альбомов.


Но сейчас ты сделал второй соло-альбом. По лирике в нем довольно много двойных смыслов.


- Да, ты абсолютно прав. Для меня во всем всегда есть вторая сторона. Например, “No Mistakes” можно также истолковать как “know mistakes”, что, возможно, больше подходит под мою личную философию. Куда лучше знать свои ошибки, чем постоянно бояться их совершить. Идея о том, что песня должна нести лишь одно простое сообщение, мне кажется очень глупой. В жизни вообще нет ничего, на что можно взглянуть только с одной стороны.



Звонит телефон. Это менеджер альбома “Banks”  - он около часа пытался найти нас, потому что у Пола скоро саундчек. Мы выбираемся из парка во тьму, и Бэнкс идет искать кофе. Через несколько дней после нашего интервью “Banks” увидит свет, и, когда я позвоню для коротенького интервью, Пол признается, что он слегка так сходит с ума из-за релиза. Например, что он не читает газет все эти дни.


- Хотя я повзрослел и придумал собственную систему, как справляться со всем этим дерьмом, релиз альбома по-настоящему встряхнул меня, - признается Пол. В трубке я слышу, как он делает большой глоток, допивая свой очередной кофе. - Но так, как раньше, меня уже не колбасит. Сейчас можно сказать, что я в полном порядке.



СОЛО-ПРОЕКТЫ НУЛЕВЫХ
Кто еще, кроме Пола Бэнкса, ударялся в сольное творчество?

Джек Уайт, The White Stripes

После трех групп и несметного количества совместных с кем-то работ, Уайт, в конце концов, выпустил одиночную пулю из своего "Мушкетона" ("Blunderbuss").
Он это пережил? Еще бы, он процветает.


Джулиан Касабланкас, The Strokes
После того, как Strokes взяли паузу в 2007 году, Джулиан начал действовать. Он выпустил сольник, "Phrazes For The Young", в октябре 2009 года.
Он это пережил? Ну, в общем, да, хотя сольные шоу были значительно скромнее.


Карен О, Yeah Yeah Yeahs
Слитое в 2006 году демо расцветило сочинительский талант Карен новыми красками. А подтвердил его в очередной раз саундтрек к фильму Where The Wild Things Are, вышедший в 2009-ом.
Она это пережила? Да. Но никаких больше сольников - новый альбом YYYs выходит в 2013 году.


(с) NME
Перевод - Мария Макарова


Самые популярные

50 лучших песен 2021 года по версии NME

NME составил список из 50 лучших песен 2021 года. По словам авторов, в рейтинге можно услышать все оттенки уходящего года: "от дневного поп-панка до блестящего кей-попа, гот-нуар, неонового электро, и жесткого грайма". Ну штош, проверим... 


Читать дальше

50 лучших альбомов 2021 года по версии NME

NME: "Если вы читаете это, похлопайте себя по плечу - вы добрались до декабря, сохраняя искреннюю веру в музыку. Фух! Присмотритесь к списку действительно блестящих альбомов этого года, и сможете сделать вывод, что последние 12 месяцев были посвящены продвижению вперед".


Читать дальше